В безоблачном небе Австралии распускаются белые купола. И прямо на головы нашей троицы сыпется 82-ая воздушно-десантная дивизия и весь Корпус морской пехоты. Мордатые сержанты принимаются загонять кенгуру, аборигенов и прочую живность в вертолеты. Авиация жжет напалмом окрестности. Со стратегических бомбардировщиков по заявке отличников боевой и политической подготовки транслируют "Полет валькирий". Спидонос, внук Врангеля, суетится между военными и орет, что нет ничего лучше, чем запах напалма на рассвете. Хотя давно стоит полдень. Поэтому его принимают за дурака-конгрессмена и не трогают. ЦРУшница узнает среди морпехов своего сводного брата, которого считала погибшим в Ираке, но толком поговорить им не дают. (Морпеха с усами Михалкова буду играть я). Грохочет атомный взрыв. А когда оседает радиоактивная пыль, ни военных, ни кенгуру уже нет. Все улетели. Даже кролики.

Посреди пустыни остаются трое: ЦРУшница, афро-американка, успевшая влюбиться в ее брата, и спидонос, после взрыва чудом излечившийся от СПИДа и наследственной олигофрении. Он вдруг вспомнил, где находится Сибирь, и что корейцы в ней вырубают пробковые леса, и теперь просится домой, в Россию.

"Мишн из овер", - шепчет ЦРУшница и падает в обморок от солнечного удара.

Финал. В единственном уцелевшем на всем континенте кабаке " У Дани" гуляют люди в ушанках. Они пьют фирменный самогон "Анкл Даня", играют в карты и время от времени вербуют друг друга. Завербованный платит за выпивку. Кругом выжженная атомным взрывом пустыня, но им весело. Вдруг все замолкают.

По пустынной дороге к бару бредут ЦРУшница в обнимку с афро-американской подружкой. Сзади еле волочит ноги бывший спидонос в противогазе. Они смертельно устали, но улыбаются голливудскими улыбками. ЦРУшница обгорела до красноты, мулатка посинела от какой-то гадости, распыленной напоследок военными, бывший спидонос остался бледно-белым.

Красно-сине-белый цвет троицы навевает части парней в ушанках патриотические чувства.